Для кинематографистов Одиссея это как чеховские Вишневый сад или Дядя Ваня для театралов. Или как Вильям наш Шекспир с бесконечно объемным фолио. Кто снимет лучшую Одиссею, тот завладеет мировым кинематографическим троном. И даже после буйной CGI-версии Андрона Кончаловского Кристофер Нолан осмелился снимать Одиссеюшку (The Odyssey, 2026). Большой плюс в том, что права на экранизацию у древних греков не надо выкупать. Музыку к нолановскому фильму вновь подвизался писать композитор Людвиг Йоранссон.
Рабоче-крестьянский Мэтт Дэймон с ужасной бородой и всклокоченными волосами на мой взгляд мискаст, я представлял на его месте более благородного сэра, скорее красавчика Брэда Питта, но тот уже засветился в Трое 2004 года как Ахилл (а Улисса там играл Шон Бин). Мэтт здесь демонстрирует приземлённость героя — несмотря на то, что Одиссей может разговаривать с самой богиней-покровительницей, он полон тяжелых сомнений, до пасынка Зевса ему как до Луны пешком.
Эта вся одиссея Одиссея напоминает мытарства и скачки по планетам героев Интерстеллар, где: направо пойдешь, люлей обретёшь, налево пойдешь, коня потеряешь, а прямо пойдешь, в темнице сгниёшь. Космонавты, как и одесситы, отчаянно хотели вернуться домой. В конце концов Мэтт-Улисс застрял надолго на острове, но не в робинзоново-английском одиночестве, а в гостях у нимфы Калипсо (Шарлиз Терон), поедая психоделический лотос и вообще неплохо проводя 7 лет в Тибете (прибавляем к 13), позабыв, что у него есть семья и сын уже дорос до принца.
Одиссей — мастер непопулярных решений, здесь же высказывание об ответственности лидера и полководца, где без жертв не обойтись, и не бывает атеистов в окопах под огнем. Нелепо и смешно гибнут его люди. То они обидели сынишку Посейдона, нежного пастушка-циклопа, которого как хулиганы зрения лишают, так сразу по-английски вполне литературно изъясняется, и почему они не догадались спросить его раньше? «Уже не стоит!» — мудро замечает Одиссей, мастер переговоров. То забрели в лес, где живут агрессивные переростки в доспехах и потеряли два экипажа с кораблями. А то заглянули на шашлык к Цирцее, та аж испугалась, что сейчас они будут с ней непотребства творить, но те заверили «нет-нет, нам бы поесть, хозяйка», и зачем-то согласились перед трапезой скинуть доспехи, видя, что на заднем дворе их уже целый склад. Сравнение со свиньями вполне уместно, ну а вообще пускаться в путь без карты, штатного астронома, компаса или секстанта, не затарившись водой и провизией — затея, обречённая на провал. Надо хотя бы в трюме коз и куриц завести, чтобы баловаться омлетом по утрам, да лимонные деревья с рукколой в горшках выращивать.
Затея с Троянским конем была на грани эпик-фейла, ведь неделя без воды-еды, ночного горшка, раскладушки и форточки в компании пары десятков себе подобных измотает так, что на войну сил не останется. Хитрость, придуманная Одиссеем, помогла низвергнуть Трою, на экране эти рушащиеся здания словно перекочевали из Довода, но эта пиррова победа поселила в его сердце горечь и сожаление о содеянном.
Агамемнон похож на Саурона, суровый дядя с эффектным головным убором. Одним видом внушает своим и чужим священный ужас, за что его и тронуть не смеют. Но начал он свой военный поход с ужасного поступка, за который и поплатился, пав от рук Клитемнестры. Зендае—Афине высоколобые киноманы/злобные зрители претензии высказывают, что она весь фильм ходит с недовольным хлебалом и фейспалмом, ну так а как ещё, если Улисс только и делает, что её расстраивает, он прям как тот ьрац Садим, золотарь, у которого в руках все обращается в говно. Непонятно, как лук ещё держит твердо, да и в живые мишени попадает, это пожалуй единственное, в чем он не лажает (почти).
Антиной-Патиссон здесь сугубо отрицательный персонаж. Мало того, что обманул малыша Синона, так ещё и шантажирует царицу (Аня Хэтэуэй), мягко стелет, да жёстко… Очень хорошо разводит Пенелопу, та уже готова поддаться, его психологический подход стоит освоить всем smooth operator-ам. Женишата реально распоясались, в угоду себе трактуя непреложный закон Зевса, но 3 года нагло пользоваться гостеприимством и вести себя неприлично токсично?! — это ту-мач-лохмач, перебор, за которым обязательно последует возмездие. Такую разборку в духе Тарантино приятно созерцать, ведь зло должно быть наказано!
Музыка к фильму Одиссея (2026)
Кристофер Нолан поставил перед композитором Людвигом Йоранссоном условие: отказаться от оркестра, поскольку в античные времена таких не существовало. Так что Людвиг Ван создал аутентичную партитуру, собранную из «греческого хора», бронзовых гонгов, «дабл-флейты» авлоса и лиры, ставшей звуком лука Одиссея. Перкуссии были записаны самим композитором — он ударял по стенам, металлическим перилам и обломкам конструкций.
Этот саундтрек в стиле дарк-эмбиент и нео-классики — одна из самых мрачных экспериментальных работ в карьере шведского музыканта, подарившему миру музыку к Tenet. Очередной смелый шаг дуэта Нолан-Йоранссон в области саунд дизайна даёт зрителю уникальный аудиальный опыт, далёкий от голливудских лекал.
Какие самые лучшие темы в саундтреке?
Самые мощные композиции это: Troy, Laestrygonians, Another Name, а наиболее запоминающиеся, мелодичные и протяжные: Sirens, Apollo’s Island, Bringing It All, Chasing The Escaping Sun, Odysseus.
02 Ithaca
03 Penelope
04 Telemachus
05 Calypso_Agamemnon
06 Let’s Go Home
07 Cyclops
08 Menelaus, Husband of Helen
09 Troy
10 Laestrygonians
11 Circe (feat. Samantha Morton)
12 Hades
13 Loyal To The Future
15 Apollo’s Island
16 7 Years
17 Another Name
18 Bringing It All
20 Odysseus
21 The Trial of The Bow/Vengeance
22 Chasing The Escaping Sun
23 When I’m Home (feat. James Blake & Travis Scott)
Слушать онлайн или скачать The Odyssey (2026) OST (mp3, 237 Мб)
Нажмите для получения ссылки...
Однако в качестве финальной песни When I’m Home я ожидал нечто величественное и более традиционное, но в итоге создатели перемудрили с электронными эффектами и искажением, превратив певцов в блеющих сатиров, выдав выкрученный на полную громкость грязноватый недо-хип-хоп.
«Одиссея» Нолана — это мощное антивоенное высказывание: смертоубийственные дела в стране живых не дадут покоя обитателям страны мертвых. Тересий дал предсказание страшное и неизбежное. Кровь всех погибших на руках Одиссея. Нелёгка доля военного руководителя, путь самурая есть смерть, и как ни крути, что было предначертано — тому суждено сбыться. В суровую годину любые решения будут оспорены и даже осмеяны подчинёнными, но несмотря на сопротивление и попытки выбора альтернативных путей, никто не уйдет живым. Останутся только «мама-папа-я, счастливая семья», но стоил ли путь длиной в 20 лет того, чтобы пройти его? Если только ради возвращения домой.
